По преданию, сей монастырь был основан греками-моряками, застигнутыми во время страшной бури среди опасных скал побережья. Видя неминуемую гибель, путешественники вознесли горячие молитвы к святому Георгию Победоносцу. Святой, услышав мольбу моряков, явился им на большом камне недалеко от берега, и буря в тот же час утихла. На камне том была обретена икона святого Георгия. В знак благодарности за спасение от погибели моряки устроили в скале пещерную церковь и поставили чудотворную икону; некоторые из них стали жить при храме постоянно и положили основание обители. Произошло это чудесное спасение в 891 году.
С XI века монастырем управляли херсонесские епископы. В XIII веке эти земли заняли татары, а позднее — генуэзцы. К началу XVIII века в Крыму сохранилось только четыре православные обители: Святого Петра и Святого Георгия в Кафе, Георгиевский монастырь на мысе Фиолент и Бахчисарайская Успенская обитель. А уже вступивший в управление Таврической епархией архиепископ Иннокентий (Борисов) в 1848 году застал действующим лишь один монастырь — Георгиевский близ Балаклавы.
В ходе Крымской войны (1853–1856 гг.) в Севастополе были разрушены все без исключения церковные постройки. Сохранился только Георгиевский монастырь...
Рассказывает игумен Свято-Георгиевского монастыря иеромонах Матфей (Самохин):
«Господь так устроил, что на протяжении минувших веков в монастыре ни на один день не прекращалось богослужение. Это, пожалуй, главная отличительная особенность нашей обители. Даже когда в богоборческое время советской власти все православные святыни — храмы, монастыри — были закрыты или уничтожены, в Свято-Георгиевском храме в Краснодаре, который являлся подворьем нашей обители, продолжали соборно возносить молитву. Храм оставался действующим. Примечательно, что Балаклавский монастырь был как бы духовнообразующим центром в Крыму, поскольку много церквей, монастырей на полуострове являлись его подворьями...
Во время Крымской войны 1853–1856 годов в обители год и одиннадцать месяцев располагался штаб французской армии. Военнослужащие получили приказ от своего генерала не причинять вреда святыням и насельникам. В то же время братии не разрешалось выходить за ограду монастыря, им не давали пищи... Но службы шли! В Великую Субботу, на Пасху на них пускали даже русских офицеров. Среди архивных документов есть одна любопытная историческая запись: входят русские офицеры в храм, а храм полон французов. Служит наш батюшка — старец с длинными волосами, статный такой, суровый. Выносит он из алтаря крест, и все, в том числе и французы, падают на колени. Один из французских офицеров поворачивается к нашему защитнику Отечества и с благоговением говорит: «Какой у вас старец! А ведь он сейчас молится о вас, о вашей победе! А нас, французов, проклинает. Ах, какой сильный старец!» Действительно, пока шла война, в оккупированном французами монастыре молились «о покорении всякого врага и супостата», о победе русского оружия.
В 1806 году Святейший Синод известил императора Александра I о необходимости сделать Георгиевский монастырь базовым для флотских иеромонахов. Спустя какое-то время число иеромонахов было увеличено в два раза, и монастырь стал называться флотским. Братия несли службу на кораблях, в гарнизонах Крыма и Кавказского побережья. В середине XIX века третьеразрядный Балаклавский монастырь получил статус «первоклассного общежительного». Особенно ярко насельники обители, участвовавшие во всех военных кампаниях, проявили себя в период Крымской войны. Некоторые стали Георгиевскими кавалерами, примеров их мужества и самоотверженности не счесть. Приведу лишь один из них: служивший прежде на судах Черноморского флота иеромонах Иоанникий (Добротворский) с начала обороны Севастополя постоянно находился в траншеях. Он каждый день обходил батареи с крестом в руках. Неустрашимость души и желание служения Богу и ближнему не раз вдохновляли его принимать участие в разведывательных операциях, совершать вылазки в стан врага. А однажды, отыскивая свой флотский батальон, он оказался в эпицентре ожесточенного боя. Целую ночь священник с крестом в руках ободрял своим примером солдат, утешал раненых, напутствовал умирающих. Причащая раненых перед отправкой их в лазарет, отец Иоанникий увидел прятавшегося между убитыми неприятельского офицера – взял его в плен, сдал военному начальству.
В настоящее время мы продолжаем следовать этой традиции – окормляем воинские части. В одной из них есть храм, где каждую неделю совершаем богослужения, исповедуем и причащаем военнослужащих».
Хуже войны с врагом внешним — злобное беспамятство соотечественников. В 1929 году монастырь на Фиоленте был ликвидирован и передан курортному тресту. Вся церковная утварь была разграблена, Георгиевский храм разрушен и сброшен со скалы, а на его месте сделана танцплощадка. Крест со скалы Явления сбросили в море.
И лишь 14 сентября 1991 года, в день Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, в честь 1100-летия со дня основания монастыря, на скале Явления святого Георгия вновь был установлен крест. 6 мая 1993 года отслужена первая после разрушения Божественная литургия. В 1994 году часть бывшей территории обители была возвращена Церкви. В ходе восстановительных работ на плато был найден и вновь установлен камень закладки соборного храма Вознесения Господня.
Регулярные службы в монастыре начались с 7 апреля 1996 года, на праздник Благовещения Пресвятой Богородицы. В 2000 году была восстановлена часовня Иверской иконы Божией Матери. 26 октября того же года, в день празднования Иверской иконы Божией Матери, совершено освящение часовни и молебен с чином закладки Свято-Георгиевского храма. Сейчас вновь восстановлен Свято-Георгиевский храм, налаживается духовная жизнь, ведутся работы по благоустройству территории монастыря, насельники духовно окормляют прихожан и военнослужащих.
Сегодня Балаклавский Свято-Георгиевский монастырь на мысе Фиолент, как и в прежние века, — настоящий духовнообразующий центр всего региона. Открыты три храма: святого великомученика Георгия Победоносца, Рождества Христова (пещерный храм), Крестовоздвиженский, а также часовня Иверской иконы Божией Матери. В состав монастыря входит скит великомученика Феодора Стратилата.
Множится число прихожан, среди которых немало людей талантливых, энергичных, творческих, одаренных. Судите сами: в монастыре — 6 хоров («Профессиональный и профессиональный народный, просто народный хор и хор детский, хор братский и хор семейный», — перечисляет о. Матфей), крепко встал на ноги молодежный центр «Фиолент» (по-настоящему интересный детям и подросткам, увлеченным творчеством, жаждой знаний, литературой, играми, танцами, наконец, возможностью интересно провести досуг), работают воскресная школа «Божья страна» (между прочим, один из вариантов перевода топонима Фиолент) и творческая студия (медийная «фишка» каналов обители — регулярные видеозарисовки и репортажи о монастырской жизни).
Спектакли, пусть и не профессиональные, концерты, танцевальные вечера, творческие встречи... как минимум, это развенчивает стереотип восприятия монастыря как чего-то изначально хмурого и нелюдимого, как максимум, это привлекает все новых и новых людей — интересующихся, готовых открыть сердца свету этого святого места. Того самого, где свыше тысячи лет не прекращается служение литургии.
В статье использованы материалы:
- официального сайта Свято-Георгиевского монастыря,
- интервью игумена монастыря иеромонаха Матфея (Самохина) изданию «Монастырский вестник»,
- а также Телеграм-канала обители.