Наверное, у всех в памяти рассказ Куприна о провозглашении анафемы Льву Толстому и бунте тихого дьякона, наперекор провозгласившего в храме многая лета писателю. Так вот, анафемы никакой не было. Куприн, написавший рассказ в 1913 году, позже Определения Святейшего Синода о графе Льве Толстом (февраль 1901-го) и после смерти классика (ноябрь 1910-го), мягко говоря, разбавил собственные фантазии художественными приемами. Но мистификация прижилась в головах «образованной публики», и уж точно несколько позднее стала выгодна советской власти для создания «правильных образов» отечественных поэтов и писателей.
Еще интересные подробности: синодальный акт 20–22 февраля 1901 года о Л.Н. Толстом не читался в церквях. Он был опубликован в «Церковных ведомостях», а потом перепечатан в других газетах. В тексте нет слов «анафема», «отлучение», «проклятье». Констатируется факт ОТПАДЕНИЯ писателя от Церкви, то есть речь идет о том, что Толстой более не является членом Церкви, потому что сам этого захотел.
Перечислим ключевые положения Определения Синода:
- Толстой «проповедует с ревностью фанатика ниспровержение всех догматов православной Церкви».
- Он «отвергает личного Живого Бога, во Святой Троице славимого».
- Писатель «не признаёт Господа Иисуса Христа Богочеловеком».
- Он «поносит Церковь, не признаёт загробной жизни и мздовоздаяния».
- «Ввиду таких его действий, Церковь не считает его своим членом».
Важно, что в синодальном акте говорится, что Толстой вновь может вернуться в Церковь при условии принесения покаяния. Но писатель… гордился своим отлучением. И не покаялся.
К концу XIX века Лев Толстой был не просто знаменитым писателем, но и влиятельным мыслителем, чьи религиозные взгляды вызывали живой интерес и не менее живое неприятие. Исследователи полагают, что в 1880‑е годы Толстой пережил духовный кризис, результатом которого стал полный пересмотр его отношения к официальной религии. Он отверг догматы Православной Церкви, критиковал Таинства, отрицал Божественность Христа и саму идею Воскресения.
Свои взгляды он изложил в ряде произведений: «Исповедь» (1882); «В чём моя вера?» (1884); «Критика догматического богословия» (1880); «Воскресение» (1900) и др. Эти работы получили широкую известность, а идеи Толстого нашли последователей — так называемых «толстовцев».
После «отлучения» в русском обществе вспыхнула полемика. Естественно, либеральная интеллигенция восприняла ситуацию как «акт церковного произвола» и «гонения на свободу мысли». Уж не тогда ли и был приоткрыт ящик отечественной революционной Пандоры?
Воспрявший Лев Николаевич пишет «Ответ Синоду» (1901), в котором подтверждает свои взгляды и подчеркивает, что не сам отрёкся от Церкви, а Церковь отлучила его: «То, что я отрёкся от Церкви, называющей себя православной, это совершенно справедливо… Я убедился, что учение Церкви есть теоретически коварная и вредная ложь, практически же — собрание самых грубых суеверий и колдовства…».
Так и был создан образ «мятежного гения». Толстой стал символом интеллектуального бунта против догматов, авторитетов, многовековых истин, что повлияло на последующие поколения мыслителей и революционеров.
После смерти Толстого (1910) вопрос об его «отлучении» оставался болезненной темой. В советское время его использовали для антирелигиозной пропаганды. В постсоветский период начались дискуссии о возможности «снятия анафемы», но Церковь не пошла на этот шаг, поскольку акт 1901 года не был классической анафемой, взгляды Толстого так и не были им пересмотрены (граф не покаялся). Наконец, снятие такого решения потребовало бы нового соборного обсуждения, которое не инициировалось. Логика простая: отлучение человека, который сам себя отверг от церкви, снято быть не может.
А шанс был…
Историки, биографы Л. Н. Толстого сообщают, что за несколько дней до смерти писатель отправился к скиту Оптиной пустыни. Предположительно, чтобы побеседовать с удивительными старцами, которые там в этот момент находились — это старец Иосиф (Литовкин) и старец Варсонофий (Плиханков). Но… почему-то граф Толстой так и не преступил порог Оптинского скита. Потом он говорил своей сестре, что, если бы его позвали, он бы пошел. Это было приблизительно за 10 дней до его смерти, в конце октября 1910 года. Кто знает, чем могла завершиться такая беседа…
Приложение:
Полный текст Определения Святейшего Синода
Божией милостью
Святейший Всероссийский Синод верным чадам православныя кафолическия греко-российския Церкви о Господе радоватися.
Молим вы, братие, блюдитеся от творящих распри и раздоры, кроме учения, ему же вы научитеся, и уклонитеся от них (Римл. 16:17).
Изначала Церковь Христова терпела хулы и нападения от многочисленных еретиков и лжеучителей, которые стремились ниспровергнуть ее и поколебать в существенных ее основаниях, утверждающихся на вере во Христа, Сына Бога Живого. Но все силы ада, по обетованию Господню, не могли одолеть Церкви Святой, которая пребудет неодоленною вовеки. И в наши дни, Божиим попущением, явился новый лжеучитель, граф Лев Толстой.
Известный миру писатель, русский по рождению, православный по крещению и воспитанию своему, граф Толстой, в прельщении гордого ума своего, дерзко восстал на Господа и на Христа Его и на святое Его достояние, явно перед всеми отрекся от вскормившей и воспитавшей его матери, Церкви Православной, и посвятил свою литературную деятельность и данный ему от Бога талант на распространение в народе учений, противных Христу и Церкви, и на истребление в умах и сердцах людей веры отеческой, веры православной, которая утвердила вселенную, которою жили и спасались наши предки и которою доселе держалась и крепка была Русь Святая.
В своих сочинениях и письмах, в множестве рассеиваемых им и его учениками по всему свету, в особенности же в пределах дорогого Отечества нашего, он проповедует с ревностью фанатика ниспровержение всех догматов Православной Церкви и самой сущности веры христианской; отвергает личного Живого Бога, во Святой Троице славимого, создателя и промыслителя Вселенной, отрицает Господа Иисуса Христа — Богочеловека, Искупителя и Спасителя мира, пострадавшего нас ради человек и нашего ради спасения и воскресшего из мертвых, отрицает божественное зачатие по человечеству Христа Господа и девство до рождества и по рождестве Пречистой Богородицы, Приснодевы Марии, не признает загробной жизни и мздовоздаяния, отвергает все таинства Церкви и благодатное в них действие Святого Духа и, ругаясь над самыми священными предметами веры православного народа, не содрогнулся подвергнуть глумлению величайшее из таинств, святую Евхаристию. Все сие проповедует граф Толстой непрерывно, словом и писанием, к соблазну и ужасу всего православного мира, и тем неприкровенно, но явно пред всеми, сознательно и намеренно отверг себя сам от всякого общения с Церковью Православной.
Бывшие же к его вразумлению попытки не увенчались успехом. Посему Церковь не считает его своим членом и не может считать, доколе он не раскается и не восстановит своего общения с нею. Ныне о сем свидетельствуем перед всею Церковью к утверждению правостоящих и к вразумлению заблуждающихся, особливо же к новому вразумлению самого графа Толстого. Многие из ближних его, хранящих веру, со скорбию помышляют о том, что он, в конце дней своих, остается без веры в Бога и Господа Спасителя нашего, отвергшись от благословений и молитв Церкви и от всякого общения с нею.
Посему, свидетельствуя об отпадении его от Церкви, вместе и молимся, да подаст ему Господь покаяние в разум истины (2 Тим. 2:25). Молимтися, милосердный Господи, не хотяй смерти грешных, услыши и помилуй и обрати его ко святой Твоей Церкви. Аминь.
Подлинное подписали:
Смиренный АНТОНИЙ, митрополит С.-Петербургский и Ладожский.
Смиренный ФЕОГНОСТ, митрополит Киевский и Галицкий.
Смиренный ВЛАДИМИР, митрополит Московский и Коломенский.
Смиренный ИЕРОНИМ, архиепископ Холмский и Варшавский.
Смиренный ИАКОВ, епископ Кишиневский и Хотинский.
Смиренный ИАКОВ, епископ.
Смиренный БОРИС, епископ.
Смиренный МАРКЕЛ, епископ.